Все события проектов
Исследования

Пылевое загрязнение в Петербурге: Политдайджест №5

Как справиться с пылевым загрязнением в Санкт-Петербурге? 


23 декабря в петербургском отделении исследовательского центра «Коллективное действие» прошло обсуждение проблемы пыли в Северной столице. 

Каждый год Санкт-Петербург накрывают «пыльные бури». Коммунальщики выводят войска на борьбу с пылью, но преимущественно проигрывают. Одномоментно избавить многомиллионный город от пыли после зимы — невозможная задача. Рассчитать точную стоимость уборки очень трудно: эта цифра распределена по разным бюджетам, в том числе по бюджетам районов, муниципальных образований, однако примерная стоимость уборки в Санкт-Петербурге составляет около 11.5 млрд руб./год.

Проблема видна невооруженным глазом, но у неё есть и невидимый аспект — пыль попадает в легкие горожан и может становиться причиной аллергических реакций, пневмоний и других заболеваний. 

Приезжая в схожие по климатическим условиям города петербуржцы не сталкиваются с подобными проблемами. В чем же дело? 

Полностью исследование центра Коллективное действие можно прочитать по ссылке

В обсуждении возможных методов решения проблемы участвовали: 

Александр Карпов — консультант председателя комиссии по экологии и природопользованию Законодательного собрания Санкт-Петербурга.

Петр Левин — заместитель директора общественной экологической организации «Мусора. Больше. Нет.», эколог, депутат муниципального образования «Измайловское» 

Иван Сорокин — глава Санкт-Петербургского отделения фонда «Городские проекты»

Леонид Андрухов — депутат муниципального образования «Остров Декабристов»

Мария Тиника — координатор проекта «Деревья Петербурга»

Гульназ Низамутдинова — городская планировщица

Виталий Боварь — муниципальный депутат Владимирского округа, исследователь центра «Коллективное действие»

Сергей Росс — основатель исследовательского центра «Коллективное действие»



Иван Сорокин рассказал, что проблема пыли актуальна круглый год – достаточно посмотреть на цвет сугробов, чтобы понять, что зимой пыль висит в воздухе точно так же, как и летом, а также сообщил о потерях государства в области здравоохранения по причине пылевого загрязнения. 

Аллергии, пневмонии, астма… – это далеко не полный список заболеваний, которые вызывает пыль. И расходы на лечение ложатся на плечи здравоохранительной системы.
Факторы пылеобразования – песок, которым посыпают дороги, сажа, которая летит из выхлопных труб, стройки и котельные – действуют зимой точно так, как и летом. Еще одной очень важной причиной появления пыли считаю «разъезд» газонов: машины паркуются на грунте, а затем на колесах разносят пыль по городу. И, конечно, то, что у нас нет практики делать газоны ниже уровня проезжей части. Каждый год целые грузовики с землей приезжают подсыпать газоны, и весь этот грунт превращается в пыль, которая висит в воздухе. 
Чтобы привлечь максимальное внимание к проблеме, нужно идти по пути, которым пошел «Красивый Петербург» – создать общественную организацию, которая будет заниматься мониторингом качества воздуха до тех пор, пока государство не будет вынуждено перехватить эту инициативу.

Александр Карпов не согласился с очевидностью проблемы и рассказал о том, что его опыт противоречит названным аргументам. 

Не доказано наличие проблемы. У меня два года стоит датчик дома на окне. Картина распространения пыли вообще не такая, как кажется. То, что мы видим на улице – это неопасная пыль с небольшим разлетом. Когда я начал систематически сам следить за этим я понял - у нас очень продуваемый город, а источники опасного загрязнения локальные. Курящий сосед вреднее, чем все автомобили на улице. Необходимы пробы с разных поверхностей, чтобы оценить состав загрязнений. В ежегодном докладе Комитета по природопользованию содержится информация о мониторинге окружающей среды и там есть вывод, что с взвешенными частицами в городе все в порядке. 

Виталий Боварь возразил, что отсутствие замеров еще не означает, что проблемы нет, но согласился, что надо доказать ее наличие, чем принимать решения.

Мария Тиника согласилась с Александром в том, что необходимо комплексное исследование проблемы и предложила подумать о том, как делать исследования так, чтобы люди сами участвовали в них в игровом формате.

У меня есть данные исследований о том, как распространяется РМ 2.5. Но это не российские исследования, и их, к сожалению, не примут в качестве доказательства низкого качества воздуха. В России исследованиями особо никто не занимается. В отчете Комитета по природопользованию содержатся данные с датчиков мониторинга воздуха, однако самих датчиков установлено мало. Но у горожан нет понимания – а зачем вообще проводить эти исследования? Нужно исследования сделать интересными для людей, превратив в игру. 

Что касается общей пыли и газонов, эта проблема связана с тем, что понятие «зеленые насаждения» в Санкт-Петербурге включает в себя только газон. Все остальные биотопы исключены из этого понятия. Этот порядок необходимо менять. В мире принято, что газон – это место рекреации, обычно огороженное кустами или деревьями. Начинать нужно с изменения значения понятия «зеленые насаждения». Но я не согласна, что большая часть пыли в городе связана с открытым грунтом – от автомобилей значительно больше пыли в воздухе.

Люди, которые принимают решения, должны увидеть статистику и данные по проблемам здоровья, связанным с пылевым загрязнением. 

Гульназ Низамутдинова обратила внимание на необходимость грамотного городского мониторинга. Пока такой возможности нет, необходимо направить силы общественных активистов на кампанию по информированию горожан. Пока жителям не ясно, какой в городе воздух и чем вреден плохой воздух, общественный запрос на улучшение ситуации не появится. 

К сожалению, Комитет по здравоохранению не делится данными о том, что происходит со здоровьем жителей, и не участвует в городской повестке, хотя во многих городах мира именно этот комитет вводит зеленые инициативы.

Первый этап кампании по привлечению внимания мог бы включать в себя проект о том, чем вреден плохой воздух и какова ситуация прямо сейчас в Петербурге. В таком диалоге может родиться адекватное законодательство. 

Конечно, открытый грунт – это плохо, надо менять подход к уходу за зелеными насаждениями. Однако как мы не знали, что делать с открытым грунтом с точки зрения законодательства, так и не знаем. Партнеров, которые готовы двигать идею зеленой стратегии много – Зеленый Петербург, Красивый Петербург, Многоцветный Петербург. У меня тоже открытый грунт около дома. Думаю, надо сажать теневыносливые растения, но, к сожалению, никто этим не занимается. 

Проблему необходимо делать видимой, последовательно делать мероприятия, которые показывали бы разными способами её существование. Делать замеры, например, на больших магистралях Невском, Московском проспектах, и привлекать СМИ, бизнес-партнеров. 


Петр Левин уточнил, что пыль – это комплексная проблема, которая связана со многими факторами, и открытый грунт лишь один из них.

В Санкт-Петербурге есть особенность по составу пыли – из-за оцинкованных кровель в составе пыли сильно превышено содержание цинка, возможно, именно это и вызывает аллергии. Достоверных данных нет, но мы знаем, что превышение есть. 

Также на состав пыли влияют загрязнения от нешипованной резины – покрышки это большой вкладчик в загрязнение улично-дорожной сети. 


Леонид Андрухов отметил, что есть два вида пыли – та, которая снижает продолжительность жизни, и та, которая снижает качество жизни. 

Обычные горожане замечают ту пыль, которая снижает качество жизни – летит в лицо, остается на машинах и домах, одежде. Чиновники же должны увидеть и пыль, которая снижает продолжительность жизни. Необходимо привлекать Комитет по здравоохранению.


Виталий Боварь высказал опасение, что проблему пыли невозможно решить с помощью гражданских активистов, потому что данные, которые могут собрать активисты, подчас вызывают вопросы у профессионального сообщества. 

Проблема, пусть и не подтвержденная пока достаточным объемом исследований, существует и действительно снижает качество жизни горожан. Замеры могли бы проявить проблему четче, если бы появилась политическая воля и финансирование, но пока мы вынуждены работать с тем, что есть. 
На данном этапе думаю, что есть небольшие законодательные меры, которые могли бы снизить проблему. 

Но чтобы обратить внимание горожан на проблему нужен простой и понятный способ визуализации – например, маска из очень белой ткани, которая покроется пылью за десять минут.

Александр Карпов предложил разделить вопрос на две части – необходимость поменять законодательство и необходимость сделать жизнь горожан лучше.

Нам не нужно охватывать сетью весь город. Надо научиться выхватывать источники проблем, идентифицировать их и доказывать, что это действительно источник проблемы. Например, печное отопление, нелегальные мусоросжигательные пункты, автомобильный трафик. 
Было бы желание - разместить несколько сотен датчиков не очень сложно. Вы говорите про пыль на зданиях? Давайте обратимся к геологам. Они скажут, какая пыль прилетела из Сахары, а какая зародилась в Петербурге.

Необходимо разделять общественную кампанию и доказательную политику в этом вопросе: нужно научиться делать такие инструменты, которые не будут требовать от населения постоянной мобилизации ресурсов – кампаний много, а у каждого есть еще жизнь за пределами. Необходимо обосновывать проблему так, чтобы чиновники и депутаты воспринимали её всерьез. 


Сергей Росс подвел итог дискуссии – согласился с необходимостью дополнительных исследований, но обратил внимание, что сейчас нет необходимости проводить фундаментальные исследования. 

Исследование может быть относительно простым, потому что у нас нет задачи что-то железобетонно доказать. Перед нами сейчас стоит задача заронить сомнения в том, что статус-кво верный. Необходимо доказать, что то, что сейчас подается, в частности в отчете Комитета по природопользованию, – не совсем то, что соответствует действительности.